Blog

Ноя26

Эссе: « Что дало мне обучение гештальт-терапии»

Говорить о том, что дало мне обучение гештальт терапии, наверное, надо с того, как я относилась к этому методу психотерапии до знакомства с ним. Основное чувство, которое у меня возникало при его упоминании, были тревога и страх. Да, именно страх, то есть одно из основных чувств, работать с которыми и обучала меня в дальнейшем гештальт терапия. Я так много слышала о кровавом, беспощадном и вероломно вскрывающем все застарелые раны гештальте, что и помыслить не могла о том, что когда-нибудь сама буду изучать этот метод, работать с его помощью с моими клиентами и полюблю его философию.

А началось все с любопытства. Одна знакомая, посетив первый модуль обучающей программы, парировала на мое высказывание о том, что я слышала о гештальте, следующим образом: « Ты знаешь, — сказала мне она, — дело не в методе, а в человеке, который им занимается. Он (метод) совсем не кровавый, как о нем говорят. В гештальте очень много зависит от личности гештальт- терапевта, его осознанности и вменяемости».

То ли мне хотелось стать осознанной личностью, то ли удостовериться в своей вменяемости, не знаю, но я пришла в группу. Было это больше пяти лет назад. И сейчас, оборачиваясь назад, можно начать подводить определенные итоги, что мне дали эти года учебы.

Первое, что сразу приходит на ум, — это процесс взросления. Я вкладываю в это понятие не прямой смысл, что прошло более пяти лет и, конечно, я стала старше. Я стала именно взрослее. Подросла моя взрослая часть, так будет вернее сказать. В этом понятии, процессе для меня заложено очень много.

Если попробовать объяснить, то понимание взрослости для меня – это, прежде всего, про отдельность. Мою отдельность, как индивида, как Наташи от всего мира. Осознание своих собственных чувств, потребностей, желаний и нежеланий тоже. В терминологии гештальта это будет про выход из слияния, а предварительно про осознание нахождения в таковом. Ведь только с тем, что я осознаю, я могу что-то делать или не делать, я могу этим манипулировать. И это для меня точно про взрослость.

Есть Я и есть ТЫ (ОН, ОНА), то есть другой. И он мыслит по-другому, чувствует по-другому. Ему могут нравиться другие вещи. И ко мне этот другой может относиться по-разному. И независимо от качества этого отношения, я остаюсь сама собой.

В отношении близких людей это разделение для меня достаточно сложное. Когда я пишу эти строки, я думаю о муже, и о своих детях. С мужем выстраивание отношений в слиянии, которое априори присутствует в супружеской жизни, и отдельности одновременно, явилось для меня новым опытом. Быть одновременно вместе и раздельно, сохраняя себя и присутствуя в жизни другого. И это точно про новый уровень отношений. Уровень не в том смысле, что достиг его и пользуйся достигнутым. Нет, уровень в контексте процесса, постоянных изменений, постоянных приобретений и потерь.

Пишу и понимаю, что пишу как-то очень по-книжному. Может это от того, что мое новое осознание, понимание еще не стало частью меня, не ассимилировалось в моем мировоззрении и жизненной философии. Я все еще смакую мой новый опыт, развивая его. Наверное, так. Я еще точно в пути.

В отношении с детьми гештальт — терапия помогла мне в проживании процесса отделения взрослого ребенка. Самое сложное, наверное, было понимание и принятие того, что мой ребенок вырос и может быть счастлив и без меня. И как маме мне удалось не развалиться при этом на части, а сохраниться. И моя сладостная всепоглощающая материнская любовь претерпела ЗНАЧИТЕЛЬНЫЕ изменения, но не перестала ею быть! В отношении моего малыша мне достаточно сложно было позволить себе испытывать по отношению к нему абсолютно разные чувства и не виноватиться при этом. Мне кажется, что с этим я работала больше всего. Работала сложно, болезненно, но, на мой взгляд, результативно.

Еще взрослость в моем понимании – это и про способность принимать ответственность. Именно осознанно принимать, не падая в крайности. То есть, с одной стороны, не взваливать на себя порой непосильную ношу, просто потому что кто-то так решил и надо соответствовать чужому ожиданию и решению, и, с другой, не тешить себя всемогуществом о способности нести ответственность за жизнь, чувства, переживания другого человека. Это новое умение я только начинаю осваивать. Мой маленький всемогущий волшебник изредка прорывается наружу. Ведь так хочется причинить близким и дорогим людям счастье. И вообразить себя гениальным психотерапевтом, по мановению волшебной палочки разрешающему все вопросы и проблемы.

Про болезненность проживания я не зря упомянула. За годы обучения в процессе получения терапии, индивидуальной и групповой, я прожила достаточно много ситуаций из моего прошлого. Они возникали, как тени отца Гамлета, порой возвращая меня в те моменты моего прошлого, когда они происходили. Возвращались и чувства, довольно застарелые, но от этого отнюдь не менее болезненные. И мне нужно было достаточно мужества и энергии для их проживания. Но без этого процесса я не могла двигаться вперед. Эти тени тащились за мной, как привязанные к рукам и ногам марионетки веревки, и сковывали меня. Только на самом деле проживая их, раз за разом, их напряжение становилось все меньше, и я могла дышать. И постепенно, эти ситуации становились моим прошлым, моей историей, моим опытом, на который можно опираться, не проваливаясь в него.

Я теперь смотрю на мою маму и вижу реального человека, а не мою придумку из детства, нашпигованную чувствами маленькой девочки. От этого я не отношусь к маме лучше или хуже. Я просто отношусь к ней по-другому. И могу с ней теперь выстраивать взаимоотношения. Получается всегда по-разному, но я это делаю.
Еще один весьма значимый пункт про взрослость для меня– это трансформация мифа о себе самой. Он был всегда. Не вполне осознаваемый, размытый, мною же выдуманный, построенный на фантазиях, идеалах, инроективных посланиях и идеологических посылах. Так вот, в процессе обучения этот миф разрушался, как карточный домик. Только карточный домик разваливается очень легко и одномоментно. Мой миф разваливался долго и не всегда просто, я набивала себе шишки при встрече с реальностью. А на его месте создавалось что-то другое. Вернее, не создавалось само по себе, а я создавала его и продолжаю это делать. Важная для меня поправка. Я вовремя вспомнила про ответственность, про то, что сама организую свою жизнь и различные процессы, ее наполняющие.

Не могу не написать про еще одни очень важный для меня момент, который, прочем, тоже относится к вышеупомянутому мифу. Я излечилась от перфекционизма. Допускаю, что не полностью, иногда еще очень хочется добиться в тех делах и проектах, которыми я занимаюсь, полного совершенства. Но мне стало значительно полегче. Принятие собственного несовершенства для меня стало большим шагом в процессе собственного развития. К тому же, в этом моем несовершенстве оказалось огромная куча ресурсов! Для меня очень важное приобретение: быть несовершенной и не разваливаться при этом на части, а сохранять свою целостность.

Я заметила, что много пишу про целостность. И вспомнила, что гештальт стремится к холизму, той самой целостности. Получается, что действительно — вот они, плоды!!!

Еще одно важное обстоятельство про гештальт- подход. Для меня его философия очень схожа с основами квантовой физики, которая в свою очередь созвучна древним восточным философиям. Я говорю про взаимосвязи. Квантовая теория свидетельствует о фундаментальной целостности мироздания, обнаруживая, что мы не можем разложить мир на отдельные «строительные кирпичики». Проникая в глубины вещества, физики видят не самостоятельные компоненты, а сложную систему взаимоотношений между различными частями единого целого. То есть, все обретает смысл только во взаимосвязи между собой. В мироздании ничего не существует само по себе. Без взаимодействия, взаимоотношения отдельные части просто не имеют смысла.

Также и в гештальт- терапии: только вступая во взаимодействие, в контакт с другим, я обретаю собственную идентичность, я становлюсь собой. Здесь и сейчас. Это аналогия для меня весьма важная часть моего обучения и принятия гештальт -терапии, как определенной философской системы. Здесь она отвечает моей собственной жизненной позиции и принимается мной изнутри.

Я осознанно пишу о моих личных приобретениях, не выделяя отдельно профессиональную сферу. Мое профессиональное формирование, как психотерапевта неразрывно связано с моими личными изменениями, приобретениями, трансформацией.

Я хорошо помню, что поначалу мне искренне казалось, что мне очень не везет с клиентами, которые никак не хотели меняться под натиском моих терапевтических интервенций, очень качественных, как мне тогда казалось. Присутствовало плохо осознаваемое раздражение на таких клиентов, ведь я так хотела причинить им счастье и здоровье. А если кто и соглашался на навязываемые мной перемены и слушал меня открыв рот, подпитывая мой нарциссизм, быстро из терапии исчезали, оставляя мне право самой придумывать причину их исчезновений. И чтобы не развалиться, как терапевту на трудно собираемые осколки, я предпочитала думать, что настолько точна и гениальна была моя психотерапевтическая работа, что они полностью излечились и покинули меня за ненадобностью.

Но чувство внутренней неудовлетворенности подсказывало, что не все так, как хочется. Но прислушиваться к нему я стала позже, только с приобретением терапевтического и клиентского опыта. Мне много сил понадобилось для принятия собственного несовершенства. И здесь я все еще в процессе. И меня это радует!
Заканчивая мое описание подведения определенных итогов, моих личных и профессиональных приобретений в процессе обучения гештальт-терапии, я уверена, что многое осталось за кадром моего повествования. Вышли наружу только уже вполне осознаваемые, сформированные понимания. В этом смысле, я точно в пути. Основное, что могу сказать – мне стало легче жить, я чувствую себя живой. И здесь, конечно, я имею в виду не то, что я физиологически живая, то есть дышу, ем и сплю. Это точно есть, если я пишу эти строки. Я чувственно живая, так будет вернее сказать, позволяю себе всю гамму переживаний. Мне иногда говорят знакомые, видя мою живую эмоциональную реакцию на разные жизненные ситуации: «Как же ты так можешь? Ведь ты же психолог», предъявляя этой фразой все свои фантазии и мифы о моей профессии. И я думаю, что да, я могу, и мне это нравится, так как я – живая!

Свиридова Н.Б., гештальт-терапевт

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


Яндекс.Метрика